lewhobotov (lewhobotov) wrote,
lewhobotov
lewhobotov

На смерть Григория Орджоникидзе, 1937 год.

Мурзилка, 1937 год, №2



Григо́рий Константи́нович Орджоники́дзе (груз. გრიგოლ კონსტანტინეს ძე ორჯონიკიძე; партийное прозвище Серго́ (груз. სერგო; 12 (24) октября 1886, с. Гореша, Шорапанский уезд, Кутаисская губерния, Российская империя — 18 февраля 1937, Москва, СССР) — российский[3] революционер (большевик) грузинского происхождения, из дворян[3]; один из крупнейших руководителей ВКП(б) и Советского государства[4].
Участвовал в Первой русской революции[3], Конституционной революции в Иране[5] и Октябрьском вооружённом восстании 1917 года в Петрограде[5]. В период Гражданской войны назначался Временным Чрезвычайным комиссаром СНК РСФСР на Украине (1918) и по Югу России (1918), возглавлял Комитет обороны Терской Советской Республики (1919)[6] и Северо-Кавказский революционный комитет (1920). Сыграл одну из главных ролей в свержении местных правительств в Азербайджане, Армении и Грузии и образованию под эгидой большевиков Закавказской федерации[5].
Был Первым секретарём Закавказского (1924—1926) и Северо-Кавказского (1926) краевых комитетов ВКП(б); народным комиссаром рабоче-крестьянской инспекции (1926—1930) и тяжёлой промышленности (1932—1937) СССР, а также председателем ВСНХ СССР (1930—1932). Руководил процессом индустриализации в СССР[5].
Состоял членом Исполнительного комитета Якутского Совета (1917), ЦК партии (1912—1917, 1921—1927 и 1934—1937), ЦИК Донской Советской Республики[5], Русского бюро ЦК (1912), Кавказского бюро ЦК (1920—1922), ЦКК ВКП(б) (1927—1934) и Политбюро ЦК ВКП(б) (1930—1937).


Ранние годы
Весной 1898 года окончил двухклассное училище в селе Харагаули. Там Орджоникидзе подружился с Ноем Буачидзе. В те же годы он осиротел.
В 1900 году родственники отвезли его в Тифлис, где в 1901—1905 гг. он учился и окончил фельдшерскую школу при городской Михайловской больнице. Член РСДРП с 1903 года, большевик[24]. В Тифлисе познакомился с В. К. Курнатовским. Ученик Камо[25][26].
Впервые арестован в 1904 году за хранение нелегальной литературы, вскоре отпущен. С сентября 1905 года — в Гудауте, активный участник Первой русской революции в Закавказье. При получении оружия из-за границы был арестован казаками и попал в Сухумскую тюрьму, где находился с декабря 1905 года по май 1906 года. Вместе с другими заключёнными готовил побег, который сорвался. Был выпущен на поруки под залог[27]. В августе того же года по фальшивому паспорту уехал в Германию, в Берлин, откуда в начале следующего года нелегально вернулся на родину. Затем член Бакинской организации РСДРП, работал фельдшером на нефтяных промыслах[24][28]. 1 мая арестован за участие в демонстрации, но вскорости отпущен[27].
В ноябре 1907 года вновь арестован[29], находился в тюрьмах Баку и Сухума. Был осуждён на вечное поселение в Сибирь и в феврале 1909 года выслан в деревню Потоскуй Пинчугской волости Енисейской губернии (ныне — п. Орджоникидзе Мотыгинского района Красноярского края), откуда в августе бежал. Вернулся в Баку, откуда осенью уехал в Персию, где принял участие в революции[30]. В конце 1910 г. выехал в Париж. Весной 1911 года учился в ленинской партийной школе в Лонжюмо[29].
Летом 1911 года по заданию Ленина вернулся в Россию во главе уполномоченных Заграничной оргкомиссии по созыву Всероссийской партконференции[31], состоявшейся в январе 1912 года в Праге (VI конференция РСДРП). Делегат её от тифлисской организации[32], был избран на ней в состав ЦК и Русского бюро ЦК РСДРП(б)[33].
14 апреля 1912 года арестован в Петербурге, приговорён к 3 годам каторги, которую отбыл в Шлиссельбургской крепости, а затем был выслан в Якутск, где работал врачом.
В июне 1917 года вернулся в Петроград, член горкома РСДРП(б) и Исполкома Петроградского Совета[29]. Делегат VI съезда РСДРП(б). Активный участник Октябрьской революции 1917 года. Был включён в первый состав ВЧК (кратковременно)[34].
В годы Гражданской войны — на руководящей работе в армии, один из организаторов разгрома Деникина.
Орджоникидзе был назначен Чрезвычайным комиссаром южного района. В декрете СНК РСФСР от 11 апреля 1918 года № 1345, под которым стояли имена председателя Совнаркома В. И. Ульянова (Ленина), наркомов Сталина, Г. В. Чичерина, А. В. Луначарского, управляющего делами Совнаркома В. Д. Бонч-Бруевича и секретаря Совета Н. П. Горбунова, говорилось:
Чрезвычайному комиссару Совета Народных Комиссаром тов. С. Орджоникидзе поручается организовать под своим председательством временный чрезвычайный Комиссариат южного района, об'единяющий деятельность Крыма, Донской области, Терской области, Черноморской губернии, Черноморского флота и всего Северного Кавказа до Баку.
Цель Комиссариата: неуклонное проведение директив центральной Советской власти на суше и на море, концентрированная борьба с буржуазной контрреволюцией, упрочение Советской власти в районе своей деятельности, поддерживание прямой связи областей с Советом Народных Комиссаров[35].
Орджоникидзе непосредственно участвовал в революционном свержении правительств в Азербайджане, Армении и Грузии и создании ЗСФСР.
В 1912—1917, 1921—1927 и с 1934 года член ЦК партии.
«Грузинский инцидент»
См. также: Грузинское дело (1922)
С февраля 1922 по сентябрь 1926 года — первый секретарь Закавказского крайкома РКП(б).
Если дело дошло до того, что Орджоникидзе мог зарваться до применения физического насилия, о чем мне сообщил тов. Дзержинский, то можно себе представить, в какое болото мы слетели.… Я боюсь также, что тов. Дзержинский, который ездил на Кавказ расследовать дело о «преступлениях» этих «социал-националов», отличился тут тоже только своим истинно русским настроением (известно, что обрусевшие инородцы всегда пересаливают по части истинно русского настроения) и что беспристрастие всей его комиссии достаточно характеризуется «рукоприкладством» Орджоникидзе. Я думаю, что никакой провокацией, никаким даже оскорблением нельзя оправдать этого русского рукоприкладства и что тов. Дзержинский непоправимо виноват в том, что отнесся к этому рукоприкладству легкомысленно.
Орджоникидзе был властью по отношению ко всем остальным гражданам на Кавказе. Орджоникидзе не имел права на ту раздражаемость, на которую он и Дзержинский ссылались. Орджоникидзе, напротив, обязан был вести себя с той выдержкой, с какой не обязан вести себя ни один обыкновенный гражданин.
— Ленин В. И. К вопросу о национальностях или об «автономизации»
В составе высшего руководства страны
В июле—ноябре 1926 кандидат в члены Политбюро ЦК ВКП(б). С сентября 1926 года первый секретарь Северо-Кавказского крайкома РКП(б).
В 1926—1930 годах Орджоникидзе — председатель ЦКК ВКП(б), нарком РКИ и зам. председателя СНК СССР.
«29.11.1926 г. Дорогой Нестор! Шлю тебе, Сарие и твоему разбойнику братский привет… Едет к тебе Молотов, он здорово устал… Пить и стрелять можешь сколько хочешь, ЦКК теперь в наших руках… Крепко, крепко целую тебя! Привет всем ребятам. Привет от Зины Сарие, тебе, Рауфчику. Жму руку твой Серго…» — пишет Орджоникидзе в Абхазию Нестору Лакобе[36].
С 1930 года — председатель ВСНХ, а затем нарком тяжёлой промышленности. Отмечают, что на этой должности Орджоникидзе не поддерживал курс на разворачивавшиеся в стране массовые репрессии[37][неавторитетный источник?].
С 1930 по 1937 годы — член Политбюро ЦК ВКП(б). Член ЦИК СССР 1—7 созывов.
В 1936 году был арестован старший брат Орджоникидзе Павел (Папулия) («Учитывая характер Орджоникидзе и его особое отношение к семье и друзьям, это был очень сильный удар», — отмечает историк Олег Хлевнюк). Причём известие об аресте брата Орджоникидзе получил в Кисловодске в октябре 1936 г., в день своего 50-летия. «27 октября, — вспоминала жена Орджоникидзе, — в Пятигорске проходило торжественное заседание, посвящённое пятидесятилетию Серго. Он отказался присутствовать на нём, и я отправилась туда одна». В самом конце октября Орджоникидзе уехал в Москву, где, по официальной советской версии, вскоре с ним случился сердечный приступ[38], однако есть целый ряд свидетельств и мнений высокопоставленных советских деятелей, что Серго застрелился.

Смерть
Умер 18 февраля 1937 года, за пять дней до февральско-мартовского Пленума ЦК 1937 года. Официально объявленная причина смерти — инфаркт.
В передаче Ольги Шатуновской со слов супруги Орджоникидзе Зинаиды Гавриловны[44][45]: «Как-то он с утра не встал. Зинаида Гавриловна видела, что иногда он поднимался, в нижнем белье, в кальсонах подходил к столу, что-то писал и опять ложился. Она просила его встать поесть, но он не вставал». Вечером приехал его племянник Гвахария, начальник макеевской стройки, он предложил супруге Орджоникидзе накрывать стол и, сделав это, сказать Серго об его приходе, убеждая её, что согласно грузинским обычаям приёма гостей он обязательно к нему выйдет. «Зинаида Гавриловна так и сделала; накрыли стол, она пошла звать его. А чтобы пройти в спальню, надо пройти прежде гостиную, и она подошла к выключателю зажечь свет, она зажгла и не успела сделать пару шагов, как раздался выстрел. Видимо, он увидел сквозь щель в двери, что зажёгся свет, понял, что сейчас будут звать… Он выстрелил себе в сердце. Она вбежала, и в эту минуту, говорит, его рука с револьвером опустилась на пол». Шатуновская добавляет: «На комоде лежало его письмо, он написал всё, что он думал, что он не может больше жить, не знает, что делать — это можно только думать, потому что никто этого письма не видел».
Шатуновская также упоминала, что супруга Орджоникидзе, рассказывавшая ей о смерти своего супруга как о самоубийстве, некоторым другим людям рассказывала об этом как об убийстве[46], к этому имеется также свидетельство Леонида И. Вернского, также слышавшего от неё обе версии[47].
Серго Микоян, сын Анастаса Микояна, вспоминал, что после смерти Сталина в их семье обсуждалась «версия об убийстве Серго прямо в его квартире», однако Анастас Микоян отверг её, он склонялся к версии о самоубийстве: «Серго мне несколько раз говорил о своём намерении уйти из жизни, потому что не мог больше терпеть. Я его отговаривал. Но последний раз он говорил об этом незадолго до своей кончины»[48].
Историк О. Хлевнюк также склоняется к версии о самоубийстве[38].
Управляющий делами Совета Министров СССР Михаил Смиртюков считал, что Орджоникидзе застрелился[49].
Урна с прахом Орджоникидзе похоронена 21 февраля у Кремлёвской стены на Красной площади Москвы.
При этом, в воспоминаниях жены Николая Бухарина описывается эпизод, когда Бухарин в день «самоубийства» встретил случайно на площади в Кремле Серго Орджоникидзе, направлявшегося к Сталину для беседы. По словам Бухарина, сказанным позже жене, Орджоникидзе был в момент этой встречи с ним в приподнятом расположении духа и настроен решительно. Версии, что Орджоникидзе был застрелен во время этой беседы в кабинете у Сталина начальником его личной охраны — беспочвенны.[50]
На февральско-мартовском Пленуме ЦК 1937 г. Сталин подверг уже покойного Орджоникидзе резкой критике за примиренчество и либерализм; указал, что Орджоникидзе прекрасно знал об «антипартийных настроениях» Ломинадзе, однако скрыл их от ЦК (что, якобы, не помешало потом Орджоникидзе требовать расстрела «обманувшего его доверие» Ломинадзе). Историк О. Хлевнюк считает, что последнее утверждение было, скорее всего, ложью, указывая на отсутствие документальных подтверждений этого требования. Кроме того, исследователь обращает внимание на то, что Орджоникидзе всегда оказывал поддержку Ломинадзе, а после его самоубийства добился того, что вдове Ломинадзе была назначена пенсия, а его сын (названный Серго, в честь Орджоникидзе) также получал солидное пособие[51].
В 1936 году был арестован и в 1937 г. расстрелян старший брат Орджоникидзе — Папулия, давший рекомендацию Серго в партию. В 1938 году жену Орджоникидзе — Зинаиду Гавриловну Павлуцкую — приговорили к десяти годам заключения[52]. Также, в 1938 году были осуждены другой брат Орджоникидзе — Иван и его жена (Зина Орджоникидзе). В 1941 году был арестован третий брат — Константин. Был репрессирован также племянник Орджоникидзе Георгий Гвахария, директор Макеевского металлургического завода.[53]

Википедия.

Tags: 1930-е, Советские Люди, вырезки
Subscribe

Posts from This Journal “1930-е” Tag

promo lewhobotov июль 26, 2017 17:05 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Решил согласится с настойчивым предложение ЖЖ включить Промо-блок в журнале. Видимо, дорос до такой чести. Пока дело это новое и неосвоенное, а журнал наш упорно лезет на вершину пищевой цепочки (медленно, но пока стабильно, тьфу-тьфу), то цена вопроса минимальная. Удорожание будет по мере…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments